p_39c4a7bb

Ездить с ним по автобусам нереально трудно. Жили мы недавно на другом конце города, чтобы добраться до нужных заведений — ехали полтора-два часа в автобусе. Начинал орать, раскидывать вещи, пинать сиденья, все оглядываются, возмущаются. Если сидит тихо, а я рядом, какая-нибудь тетя обязательно попросит меня уступить место, взяв его на руки. Один раз я так и сделала, но когда взяла его на коленки — поняла, что ребенок сильно разъелся. Кроме того, ему не по душе пришлась теснота и он брыкался, дергался, все это отражалось непосредственно на мне. И я решила: больше не возьму его на руки в автобусе, скажу, что ребенку в силу проблем со здоровьем положено отдельное место, а я рядом посижу, потому что я мать и он без меня теряет покой.

Обожает такси зато, не ревет, не орет, уютно себя чувствует на мягких сидениях, но и доезжаем мы быстро обычно, в автобусе-то дольше.

Ну вот когда Давид все-таки начинает истерить в транспорте, а все, как от нечего делать, сворачивают шеи на нас, иногда винят в плохом воспитании, я вообще ни на кого не обращаю внимание. Преспокойно с ним разговариваю, старась не давить фразами типа «как ужасно ты себя ведешь, ты такой плохой, невоспитанный» и т.д. Он если не понимает смысл обращенной речи, он понимает интонацию, и что он слышит, когда его в ответ на дергания пилят? Вот у него это способ контакта с миром, как у новорожденных крик, он не понимает, что нам ехать долго и то, что точка В находится далеко не виноваты ни автобус, ни пробки, ни я, ни он.

У него свой мир, где есть карандаши, планшет, набор пластмассовых букв, осенние листья, Винни-Пух, Хрюня, Кролик и ему глубоко параллельно на те причины, по которым он сейчас не может с ним воссоединиться. И то, что его винят в сложившейся обстановке и дерганиях он воспринимает, как то что он «такой-сякой», что нужно просто закрыть рот, лечь ничком и ждать чего-то. Я проверяла: когда начинаю его жестко воспитывать — он ее больше психует, а потом помнит обиды.

Однако, это не значит, что теперь можно веревки вить из меня, я своим снисходительным отношением к нему как к особому ребенку разбаловала его. Он это считывает, что сейчас устроит нервотрепку, а ничего не будет, потому что на него как на ладан дышат и все прощают ему, ведь у нас такая вот всеобщая трагедия аутизма. Нужно давать по попе. Кто-то против таких мер, но, знаете, еще когда ребенок воспринимает и понимает речь — возможно применение многих альтернативных методов, а тут либо ремень иногда, либо абсолютная вседозволенность. Только не надо в автобусе или месте где много народа его «воспитывать». Он вообще не понимает, что происходит. Во-первых, он и без того дезориентирован в толпе, во-вторых, начнет понимать мир как место, куда выводят, чтоб дать по заднице. В общем, дома или в стороне на улице, когда никто не мешает объяснить ему все со строгой интонацией — можно применять суровые методы воспитания. Да, очень важно слово «нельзя», но об этом, пожалуй, чуть позже.

И раньше я уходила от замечаний по поводу невоспитанности, или кому-то могла сказать, что не все так просто (не считая, правда, такой формы замечаний, как описана в предыдущем посте). А сегодня, если я вижу, что люди не имеют целью его обидеть, а просто исходя из того, что не в курсе, относятся как к обычному непослушному ребенку, я За его контакт с миром. У него должна случится обратная связь. Пусть он поймет, что ему делают замечание и что он должен реагировать. Просто я так долго относилась, да и отношусь к нему как к инвалиду, и совсем забываю, что параллельно с этим он еще и обычный ребенок. И то, что он инвалид может не исключать и то, что он разбалованный ребенок.

13006-1u

Зашли мы недавно в автобус. Купила коробку конфет, он ее взял в руки, не отдавал, сам нес. Сели на сидения, и он начал распаковывать конфеты. Я ему стала запрещать, он взвыл, вижу, что сейчас взорвется. Рядом сидели мальчишки, школьники, лет по 9-10, сказали ему громко: «Тебе же мама говорит «нельзя»! Ты что, маму не слушаешься? Ты вообще мужик или нет! Потом съешь, маму надо слушаться». И вот смотрела на них и поняла, что они правы.. «маму надо слушаться». Все, точно не дам конфеты, даже если на пол грохнется в истерике. Тут присоединились к воспитанию две пожилые женщины и на весь автобус громко стали его отчитывать. Я не знаю, у меня чувство самости и желания его защищать вообще растворилось. Я ничего критичного не нашла в их словах, если бы я увидела, что ребенок так себя ведет, может и хлеще бы что сказала раньше. Они не в курсе ведь про его диагнозы. И я ждала его реакции, поймет он или нет, что все к нему обращаются. Закрылся руками, взвизгнул, надеюсь, по причине того, что что-то понял. Ехал нормально дальше, бабушки мирно с ним попрощались, пожелали быть самым умным и послушным, он проникновенно и молча смотрел им в глаза.

Если нет оскорбления и человек не хочет вылить свой негатив, а просто участвует в происходящей вокруг жизни — в замечаниях нет ничего плохого. Не стоит его так упрямо защищать, иначе он будет паразитировать, а не развиваться.